Глава девятаянадесять. О том, как я оставил пенсион и отвезен для определения
в военную службу

Г. Ф. Квитка-Основьяненко

Дня чрез два после вероломного со мною приключения, когда я – уже не от болезни, а от стыда – еще не выходил к товарищам, приехал в пенсион мой почтенный опекун. После долговременных переговоров с мусье Филу он вошел ко мне и приказал собираться, чтобы тотчас выехать из пенсиона. Такое известие меня изумило и поразило, но он, не дав мне долго рассуждать, приказал выносить мои вещи (один человек все под мышкой вынес) и вслед повел меня к коляске и тем, к великому обрадованию моему, избавил меня от свидания с жестоким мусье Филу и злыми товарищами моими.

Привезши меня на квартиру, опекун объявил мне, что располагает определить меня в военную службу…

Не могу изъяснить, что почувствовал я при таком роковом известии!.. Я стоял как громом пораженный!.. Потом начал плакать…

– Стыдись! – сказал опекун. – В твои лета плакать. О чем ты плачешь?

– Я не хочу служить. – Отчаянное мое положение придало мне решимости, и потому я говорил с опекуном смело и твердо.

– Как можно не служить? Ты дворянин.

– Я боюсь… ружье такое страшное… а шпага…

– Как тебе не стыдно бояться ружья… мальчишка!

– Я… не ружья боюсь… но когда оно выстрелит… хоть и не в меня… но все так громко… так страшно!..

– Ребячество, пустяки!

Тут начал он со всем красноречием описывать выгоды военной службы: щегольской, зеленый с красными лацканами мундир, изукрашенный большими блестящими пуговицами; офицерский знак на груди, золотой шарф и с таким же темляком шпага, которая, уверял он меня, если в ножнах, совершенно не опасна. Расхваливал лагерную летом жизнь, а на зиму переменяющиеся квартиры, свободу в обращении, благосклонность женщин к военным…

«Ты скоро выйдешь в офицеры, – продолжал он, – я о тебе буду просить; тогда тебе своя воля. Только служи, не ленись – и не осмотришься, как увидишь на себе майорский камзол. Вообрази: на красном камзоле широкий золотой галун; на сертуке, по воротнику и обшлагам, галун… Это прелесть! не правда ли?..»

Предавшись таким золотым мечтам, я внутренно восхищался, мечтая, как явственны будут галуны на моем довольно порядочном и не по летам выдавшемся вперед брюхе. Точно я родился быть майором. Это меня так заняло, что я забыл о ружье и страшной шпаге, а воображая только, как буду ловок и занимателен, улыбался от избытка удовольствий.

Опекун, видя, что достиг своей цели и я уже охотно вступаю в службу, приказал людям собираться в путь в близлежащий город, где квартирует… мушкетерский полк.

Вскоре мы поехали… и что я нашел в военной службе… увы! – и что я вытерпел в военной службе… ах!..

Примітки

Темляк – тасьма з китицею на шпазі, шаблі тощо; золотий темляк – знак офіцерського чину.

Галун – позумент, тасьма з шовковою або вовняною основою з металевим пітканням, тут – галунна петлиця на військовому мундирі.

Подається за виданням: Квітка-Основ’яненко Г.Ф. Зібрання творів у 7-ми томах. – К.: Наукова думка, 1980 р., т. 5, с. 60 – 61.